• Кирилл фёдоров

Юрий Зобак. Художник


Почему вы всерьез решили заняться живописью?

В математике я пень, в точных науках тоже, физика, химия. Я не люблю считать, но очень люблю литературу. И, самое главное, я ленивый, до невозможности ленивый. Евреи неглупый народ и в любом направлении могут работать. А, как известно все творческие люди, талантливые люди, они ленивые. Вот, не хочется, но надо. И если что-то делаешь, то делаешь так, чтобы людям это нравилось. Я не решил стать художником, просто я неплохо рисовал в детстве. Потом приехала бабушкина сестра, тетя Софа, её давно уже нет, она родилась еще в 19-м веке. Она была художником, жила в Москве, очень интеллигентная женщина. Она была уже преклонного возраста и всегда просила называть не баба Софа, а тётя Софа, потому как детей у нее не было. Она работала с Маяковским в «окнах роста», писала плакаты их знаменитые. И она подарила мне черную коробочку акварельных красок. Мне было годика три-четыре, я попробовал краску на вкус, она оказалась сладкой. В общем, я благополучно вылизал всю коробку.


В детском саду рисовал портреты с картинок, рисовал один в один. Все восторгались, но вот кому не нравилось, так это моему отцу. Он говорил: « Все художники алкоголики!». И ты знаешь, он был прав. Я много лет пил, потом переставал, потом снова пил. Но, когда мне начало это мешать – я бросил. Вот уже 11й год я не употребляю спиртное. Тем более с диабетом и инфарктом пить – глупость же. Я не хочу умереть таким молодым.

Как вы называете свое направление?

Недавно Карина Сарсенова назвала моё направление «Неоэзотерический сюрреализм». Понимаешь, ну не похож я на Дали. Хотя в сюрреализме есть так же непреложное истины, как например, в иконописи, каноны. Дали говорил, что сюрреализм – это я, и, что сюрреализм это несуществующее в реалистической форме. Но я ушел по другому пути. Да, это в каком-то смысле я работаю в сюрреализме, но это больше какая-то сказка. У меня свой мир, я по-своему увидел это, и меня меньше всего интересовало то, как это может называться.


Почему нынешние художники все больше уходят в сюрреализм, дальше от реализма?

Наверное, скорее наш мир становиться все больше сюрреалистическим. Он не был таким. Я вообще воспитывался на соцреализме. Авангардизм, сюрреализм считались загнивающим искусством. Хотя, авангард и футуризм как раз плод 20х годов советского времени. Тогда было еще более свободное время, это уже мы рисовали на красных плакатах длиной десять метров надпись: «Да здравствует советский народ – вечный строитель коммунизма», и никто не замечал подвоха в слове «вечный».

Я никогда не мог понять, что такое реализм. Могучая кучка музыкантов, художников – это понятно. Но что такое соцреализм? Это женщины, похожие на мужиков? Доярки, колхозницы с толстыми ногами, но как в колхоз приезжаешь – все дохлые. И писали все эти заседания, Ленина, Сталина – великие мастера. Российская школа ведь была очень сильная. Те мастера, которые преподавали в художественных вузах, сами учились в Италии, во Франции, в Германии, где были самые прогрессивные направления. И наши академии были построены на лад академий тех времен.


Помнишь, когда Бендер нарисовал сеятеля с шестью пальцами? Когда его выгнали с корабля, что он сказал? «Я так вижу»! Меня в училище защищал мастер. Правда, после каждого пленера меня лишали на полгода стипендии за то, что «я так вижу». А я и Дали то толком не видел. Его же нигде не печатали. Это однажды, в 75м году, была выставка «Американское фото», там была «Поваренная книга» Дали. И художникам разрешалось ее посмотреть. Раньше чтобы стать интеллигентным человеком, нужно было очень сильно постараться.


В нынешнее время вообще никому не интересно это, понимаешь. Есть один пиарщик, которого 99 процентов художников не любит, Никос Сафронов. Врун и конъюнктурщик. В старое время это называлось хороший рисовальщик.

В чем разница между художником и рисовальщиком?

Рисовальщиком должен быть каждый. Когда ты рисуешь обнаженную натуру. ты должен передать фактуру человеческой кожи, дерева, ткани реалистично – это академическое рисование. Пикассо был невероятно сильным рисовальщиком, если взять его ранние периоды, а потом художник трансформирует все, дает эмоции. Я помню его фразу, где он говорил, что он может рисовать как Микеланджело, но чтобы научиться рисовать как ребенок ему потребовались годы. В итоге он стал кубистом. Его хотели расстрелять за его «Гернику». А вспомни фильм «Приключения принца Флоризеля», там при виде портрета в стиле кубизм все вскочили, даже инвалид, и стали кричать: «Клетчатый!»(бандит по сюжету). А там по картине вообще ничего не было понятно. Это мастерство.

В Японии жил художник Хокусай, который известен своей серией 12 видов горы Фудзи. В 30 лет он сказал, что может нарисовать все, в 60 или 70 лет он сказал, что не умеет ничего. А к концу жизни он сказал? Что нарисует точку - это будет шедевр. Но многие художники останавливаются на стадии академической живописи.


Есть версия, что Ван Гог стал великим благодаря своей переписке со своим братом галеристом, в которой описывалась его жизнь, полная испытаний. У каждого великого художника должны быть великие переживания?

Все картины Ван Гога покупал сам Маттео, его брат. Он не верил в его талант, пока тот не написал подсолнухи. Но к тому времени не то чтобы Ван Гог исчерпался, жизнь кончилась. Она такая короткая. Я, думаешь, от чего инфаркт получил? Слишком много вкладывал себя в свои работы. Но я немного другой художник, я вырос в другой среде. Я никогда не стремился быть великим, сильно признанным, я просто делал свое дело. Но иногда хочется кушать, тогда я писал то, что все пишут.


Сложно зарабатывать художником?

Не спрашивай. Очень тяжело. После инфаркта я вышел, мне нужны были деньги на лечение, восстановление. У меня есть хороший друг, владелец художественного салона. Он приносил мне фотографии – кич, натуральный кич. Девушка с зонтиком, со свечой, с волком, вот такие картины я писал. Сначала подходил творчески, потом плюнул и тупо стал сдирать с картинок. Он платил за каждую картинку по 500 баксов, мне хватило денег, чтобы восстановиться. Сейчас я почти 2 месяца не пишу – боюсь кисточку в руку взять.


Возьми Микеланджело, Леонардо, даже Врубель – все писали на заказ. Врубель писал иконы, иллюстрации, используя много разных техник одновременно. Он был верен своему стилю. Какие-то художники не имеют своего стиля, они подражают. Кто-то реставрирует замечательно. Но это тоже дар божий быть хорошим реставратором.

А свои картины вы продаете через кого-то?

Мои работы выставлены в салоне Sergio, они из коллекции моего товарища. Я должен был получать свой процент. Но у меня есть еще другая договоренность – я пишу что хочу, но не за 3500-4000 долларов, а за 1500, с тем же Сергеем Рыжаковым. Договоренность такая – 500 долларов его, 1000 моя. Если картина продается сразу, то я и деньги получаю сразу. Если не продалась, я получаю по 50-70 тысяч тенге, пока не выберу эти триста с лишним тысяч тенге. Меня это устраивает.


Есть коллекционеры, которые предпочитают ваши картины у нас?

Карина Сарсенова, например. Перед тем как нести картины в галерею она просматривала и отбирала себе некоторые. Платила по 2000 долларов за каждую картину. Но я не из тех, кто держит деньги. Сейчас у меня в кармане тысяча тенге. Но у жены я не прошу, я знаю, что я свои деньги получу. Я не стремлюсь к продаже. Для меня деньги – это... Появились у меня деньги – пошел, купил блок сигарет, колбасы любительской, мяса, потому что кухня вторая моя мастерская – здесь я творчеством занимаюсь.


Не одолевали вас рефлексии на тему ремесла и творчества?

Было такое. Но это простая зависть. Когда ты пишешь картину, и тебе кажется – гениальна, а она не продается. Денег нет, никто ничего не покупает. Начинаешь думать - нахрен ты этим занимаешь? Зачем тебе это? Бездарь! Это очень часто бывает у художников. Психанешь, бросишь кисти... Знаешь, сколько я холстов порезал? А графики? У меня каждая графика примерно триста долларов стоит. Но через час брал бумагу, и, сидя перед телевизором и, несмотря на бумагу, рисовал. Так создан художник. Еще когда не можешь писать из-за головокружения, судорог. У меня долго левую руку сводило, я же левша.

Это после инфаркта все. У меня он был обширный, еще 40 минут и меня бы не спасли. В это же время, буквально через неделю, мой друг не из бедной семьи, скульптор, с тем же обширным инфарктом скончался. Не успели довезти. Меня успели. Не судьба, еще не пришло время. Я двенадцать дней лежал, плакал - так хотелось к холстам. Тяжело было. Знаешь, если суждено утонуть, повеситься не сможешь.

Вы верите в судьбу?

Если на роду написано, то… Я в своей жизни много раз мог умереть. На грани был, еще в 90-е, когда в Экибастузе жил. Десять лет там прожил, попал в рабство. Когда домой вернулся - весил 40 килограмм. Девять месяцев я там пробыл, потом сбежал, один мужик помог. Потом я трое суток добирался до дома. Чтобы до дома в поезде добраться туалеты мыл.


Что за рабство? Как это было?

Есть люди, например, врач в поселке Бестюбе. А там золотые рудники, чуть подальше соль, а ему люди нужны. Они бомжей с Целинограда собирали. А меня сосед моей тещи напоил чем-то. Я не знаю, сколько он ей заплатил. Два месяца даже не знал, где я нахожусь. Я работал с каким-то бывшим убийцей, мент за нами смотрел. Дом штукатурили. А потом узнали, что я художник и меня перевели на старый завод, я там делал кафе с разноцветными потолками. Когда понял, что становлюсь им ненужным, бежал. Документов, ничего не было. Это где-то 40-50 километров от Астаны. В это время как раз парни с соли сбежали, хотя с золота не возвращались.


Я в Экибастуз в 85-м уехал со второй женой. Работал путейщиком на железной дороге. Колодки менял, двери. Потом к одному мужику художником пошел. Делали ему из старой зоны офис. Роспись на потолках, в кабинетах гобелен, все вручную делалось. Платили тушенкой и макаронами. Умудрялись воровать китайскую водку, после которой два дня ничего не видишь. А в Бестюбе платили полугнилыми утками, которых кто-то когда-то коптил.


Сбежал я на автобусе. Со мной работал немец, слесарь. Я ему самогон достал, он меня в багажник автобуса бросил и за несколько километров от Астаны высадили, чтобы менты не обнаружили, там же все купленные были. Чтобы покушать, хотел украсть на базаре булочку. Они лежали, без присмотра. Не смог. Пришлось шапку продавать. Старая кроличья шапка, мне её электрик дал. За батон хлеба, две булочки и бутылку водки её и продал. Потом километров 100 шел вдоль путей, по дороге. Весь в язвах был, там же ртутные пары были, и грибок от любой раны развивался. Так и добрался до дома за неделю.


К чему вы стремитесь в своем творчестве?

Я этот путь ищу всю жизнь. Иногда, не понимаю зачем я это делаю, иногда я очень четко понимаю. Не для денег, не для славы – для себя. Я сделал – я счастлив, я доволен. Нет этой цели. Как ее определить? Если нет цели – иди по течению, но не сворачивай. Если свернешь - тебе конец. Кому-то везет больше, кому-то меньше, кто-то становится великим, кого-то пропиарили , а мне седьмой десяток и мне хватает того, что я делаю.


Что такое успех для вас?

Успех – это, когда славы выше головы, а денег нет (смеется). Каждый художник мечтает, что когда-то у него купят оптом все его картины и у него будет много-много денег. Один купит яхту, другой машину, а у меня мечта купить дом, в котором я смогу сделать свою галерею. И чтобы никто не лез в мое творчество. Чтобы не нужно было каждую картину продавать, чтобы что-то покушать. Мечта художника – писать картины и не думать о деньгах.


Для меня подарить картину – большее счастье, чем ее продать.